Сокращение спроса, пессимистичные инвестиционные планы и санкционные разрывы цепочек поставок — как на этом фоне выбрать поставщика стройматериалов без риска для объектов.
Спрос: «ниже нормы» стало новой нормой
По данным конъюнктурных опросов Института народнохозяйственного прогнозирования РАН, фактическая динамика спроса в феврале 2026 года остаётся отрицательной: баланс оценок предприятий — около −24 пунктов после январских −27. Для сравнения, худшее значение со времён ковидного кризиса 2020 года (−30 пунктов) было зафиксировано в сентябре 2025 года.
Символическое улучшение динамики спроса лишь остановило рост неудовлетворённости продажами, но не поменяло картину в корне. Доля предприятий, оценивающих спрос как «ниже нормы», в феврале снизилась до 61% после январского пика 69%, побившего антирекорды кризисных 2016 и 2020 годов. Для масштаба: ещё в марте 2024 года таких ответов было 19%, а в феврале 2022 го — всего 17%.
Гораздо тревожнее выглядят прогнозы продаж. После январского всплеска оптимизма они в феврале рухнули до худших значений с марта 2022 года. Сначала смягчение денежно кредитной политики помогло сократить пессимизм по будущему спросу с −19 до −7 пунктов, но эффект от снижения ключевой ставки был фактически нивелирован другими мерами экономической политики.
Ослабление прогнозов продаж тут же отразилось на управлении запасами: предприятия сокращают избыточность складов готовой продукции, не желая держать товар «про запас» в условиях туманного будущего спроса.
Выпуск и занятость: осторожное сокращение вместо роста
Под давлением рухнувших ожиданий по спросу февральские планы выпуска не смогли сохранить оптимизм двух предыдущих месяцев. Баланс ожидаемых изменений снова ушёл в отрицательную зону: предприятий, планирующих снижение объёмов производства, стало больше, чем рассчитывающих на рост.
Похожая динамика наблюдается на рынке труда. Ожидаемые изменения численности работников в феврале продемонстрировали негативную корректировку: баланс опустился с около −5 до примерно −10 пунктов. Худшее значение для «охлаждённой» промышленности (−16 пунктов) было зафиксировано в ноябре 2025 года, тогда как на пике «разогрева» в ноябре 2023 го баланс доходил до +25 пунктов, повторяя рекорд января 2022 года.
Иными словами, промышленность больше не живёт в режиме активного набора персонала: предприятия либо аккуратно сокращают штаты, либо замораживают расширение команд. Для рынка строительных материалов это означает более высокую чувствительность к кадровым сбоям на отдельных заводах.
Зарплаты и загрузка: ресурсы под давлением
Зарплатные планы промышленности в феврале 2026 года тоже ушли в минус. Баланс намерений снизился на 9 пунктов и вновь стал отрицательным: предприятий, планирующих снижение реальных зарплат, стало больше, чем тех, кто рассчитывает на рост. Восстановление зарплатных планов, которое длилось последние четыре месяца, по сути, остановилось, а в сентябре 2025 года этот показатель уже опускался до худших значений со времён ковидного локдауна 2020 года.
Отдельный тревожный сигнал — загрузка работников. В первом квартале 2026 года лишь 56% предприятий оценивают её как «нормальную» — это минимум за весь 14 летний период наблюдения. Для сравнения, максимум 81% был зарегистрирован в январе 2022 года, когда промышленность находилась в состоянии перегрева. То есть значительная часть производственных мощностей и команд сегодня загружена ниже оптимального уровня.
Цены и запасы: балансирование на грани
Ценовая политика промышленности наглядно показывает, что рынок не принимает попытки переложить издержки на клиентов. По оценкам предприятий, с октября 2025 года цены производителей практически не меняются: баланс фактических изменений колеблется в окрестности нуля, хотя ещё в декабре 2024 года он был на уровне +16 пунктов, а в сентябре 2025 года падал до −10.
При этом ценовые планы формально остаются в плюсе: предприятия хотели бы повышать цены, баланс ожиданий роста держится в диапазоне примерно +5…+12 пунктов. Однако в условиях слабого спроса и высокой доли оценок «спрос ниже нормы» реализовать эти планы удаётся далеко не всегда.
Ослабление прогнозов продаж уже заставило предприятия умерить избыточность запасов: баланс оценок выросших запасов готовой продукции снизился с +13 до +4 пунктов. Заводы уходят от чрезмерной работы «на склад» и стараются внимательнее подстраивать производство под реальные заказы.
Инвестиции и кредиты: возврат к пессимизму кризисных лет
Инвестиционные планы промышленности после небольшого улучшения в декабре 2025 го (баланс поднялся с −38 до −24 пунктов) за первые два месяца 2026 года снова ухудшились до −35 пунктов. Фактически это почти возврат к настроениям ноября 2025 года, когда инвестиционный пессимизм достиг худших значений со времён кризиса 2008–2009 годов.
Не лучше ситуация и с кредитованием. Доступность кредитов, по оценкам предприятий, в начале 2026 года остаётся на уровне худших показателей с 2008–2009 годов, несмотря на снижение ключевой ставки. С III квартала 2025 года промышленность формально восстановила спрос на кредиты после провала во II квартале, но этого оказалось недостаточно для запуска «нормального» кредитования: банки и заёмщики остаются осторожными.
В итоге многие заводы вынуждены откладывать модернизацию, расширение мощностей и запуск новых продуктов, даже видя потенциальный внутренний спрос на импортозамещающие решения.
Санкции и цепочки поставок: главное последствие — поиск замены внутри страны
Отдельный блок опросов ИНП РАН посвящён тому, как промышленность оценивает последствия четырёх лет санкционной войны. К 2026 году главным следствием для предприятий стала проблема поиска альтернативных поставщиков уже внутри России: распространённость этой проблемы оказалась ближе всего к прогнозам, которые компании давали ещё в апреле 2022 года.
Рост себестоимости из за санкций, который ранее занимал первую строчку, теперь на втором месте: в 2026 году его считают ключевым следствием 47% предприятий против 60% годом ранее. Зато «существенное изменение технологических цепочек» из за невозможности заменить импортные комплектующие вышло на максимум упоминаний во всех семи измерениях и также сравнялось с ожиданиями 2022 года.
Побочные эффекты санкций носят не только ценовой, но и качественный характер. Снижение качества и конкурентоспособности продукции из за отказа от импортных компонентов в 2026 году достигло максимальной распространённости и вышло на уровень ранних прогнозов. При этом часть первоначальных страхов — остановка и эксплуатация импортного оборудования, поиск альтернатив в «дружественных» странах — за четыре года ослабла примерно вдвое.
На фоне этого «минусового» баланса есть и ограниченные плюсы: рост импортозамещающего спроса и дополнительные инвестиции под него, но они заметно уступают масштабам проблем и в рейтингах предприятий находятся лишь на 4–5 местах.
Что это значит для клиентов и партнёров
В начале 2026 года промышленность в целом встречает будущее без излишнего оптимизма: спрос сокращается, предприятия урезают выпуск, инвестиции и зарплатные планы, а доступность кредитов остаётся на уровне кризисных лет. При этом потребность в строительных материалах и инфраструктурных проектах полностью не исчезает, а санкционные ограничения лишь усиливают требования к надёжности поставщиков.
Для клиентов и партнёров это означает несколько практических вещей.
• Надёжность поставок становится ключевым фактором. На фоне сокращения выпусков и осторожной работы со складами часть заводов будет чаще давать срывы сроков, особенно по позициям с импортными компонентами. Работа с производителем, который заранее планирует выпуск и поддерживает устойчивую логистику, снижает риск остановки стройки из за отсутствия материалов.
• Стабильное качество — не данность, а конкурентное преимущество. Часть предприятий уже фиксирует снижение качества и конкурентоспособности продукции на фоне замены импортных комплектующих более доступными аналогами. Для девелопера или подрядчика это прямые риски по гарантийным обязательствам, поэтому выбор поставщика с выстроенным контролем качества и проверенной сырьевой базой становится критичным.
• Готовность к «импортозамещающему» спросу — вопрос не лозунгов, а мощности и технологий. Санкции перестроили технологические цепочки, и рынку всё чаще нужны материалы российского производства вместо ушедших импортных брендов. Производители, которые своевременно инвестируют в оборудование и рецептуры под этот спрос, выигрывают не только в объёмах продаж, но и в способности закрывать сложные технические задачи клиентов.
• Партнёрство важнее разовых сделок. В условиях, когда предприятия экономят и сдерживают инвестиции, поставщики, строящие долгосрочные отношения (бронь мощностей, индивидуальные условия складирования, совместное планирование объектов), помогают строителям и дилерам пройти период турбулентности без потерь.
Для тех, кто планирует объекты на 2026–2027 годы, главный вывод прост: в ситуации, когда промышленность в целом «жмёт на тормоз», выбирать нужно не только материал, но и производителя, который сохраняет инвестиции, команду и стандарты качества. Именно такие партнёры способны гарантировать поставки, выдерживать требования по срокам и быть опорой в работе с растущим импортозамещающим спросом, несмотря на общее охлаждение экономики.
